Физические реакции несмотря на смерть мозга



15 фактов о смерти, которые ты вряд ли захочешь узнать

Смерть — это самая большая загадка человечества. В будущем мы сможем покорить скорость света, строить огромные сферы Дайсона, которые будут снабжать энергией сотни миллиардов людей, вылечим все болезни, но, скорее всего, так и не познаем того, что находится за той чертой, откуда никто не возвращается. Да, возможно, мы даже изобретём что-то вроде эликсира бессмертия, но даже он не защитит, к примеру, от дезинтеграции, то есть разложения на атомы или от другого вида смерти, где не поможет быстрая регенерация.

Люди боятся смерти, и это нормально. Из-за страха смерти мы предпочитаем обходить эту тему стороной и хотим знать о ней как можно меньше. Сегодня мы расскажем об этом явлении то, что ты вряд ли бы загуглил не только из страха, но и из-за отвратительности некоторых связанных с ним вещей.

1. Обезглавливание — не самая гуманная смерть

Раньше считалось, что гильотина — чуть ли не самая гуманная участь для преступника, ведь она быстро отсекает голову от тела, из-за чего от сильного шока мозг мгновенно отключается. Но позже исследователи выяснили, что голова остаётся в бессознательном состоянии ещё в течение 20 секунд, которые для умирающего мозга могут превратиться в целую вечность. Хотя это спорное утверждение, ведь учёные до сих пор не знают, как умирающий мозг воспринимает реальность.

2. После смерти тело начинает переваривать себя

Если точнее, то не тело, а ферменты и бактерии. В течение трёх дней после смерти ферменты пищеварительной системы начинают разрушать поджелудочную железу, кишечник и другие части ЖКТ, а потом за дело берутся бактерии, некогда представлявшие собой микрофлору желудка и кишечника. Они, лишившись основной работы, принимаются за тело своего бывшего хозяина.

3. Слух живёт дольше всего

Считается, что, когда человек находится в предсмертной агонии, его органы начинают отключаться друг за другом. И последним из органов чувств, которые выходят из строя, является слух. Возможно, умирающий, находясь в бессознательном состоянии, слышит, как его пытаются реанимировать.

4. Никто не умирает от старости

Когда говорят, мол, человек умер от старости, это обычно обозначает, что тот умер легко и не мучаясь, ведь он прожил столько, сколько ему было отмерено. На деле же люди умирают от болезней, вызванных возрастными изменениями. Как правило, пожилые люди чаще всего умирают от ишемической болезни сердца или инсульта. Так что все эти «он/она просто умер/умерла тихо и мирно в своей постели во сне от старости» — это просто успокоение для родственников.

5. Трупы превращаются в воздушные шары

Выше мы уже сказали, что бактерии после смерти человека остаются живыми и начинают перерабатывать внутренние органы, прежде всего желудок и кишечник, выделяя при этом едкие пахучие газы, продукты их жизнедеятельности, из-за которых тело всё сильнее раздувает. Если это утопленник, то из-за того, что в воде тело разлагается в четыре раза быстрее, брюшную полость может даже порвать от скопившихся внутри газов.

6. Пальцы становятся более жуткими

После смерти кожа вокруг пальцев рук и ног разрушается, сохнет и сжимается. Из-за этого пальцы становятся похожими на то, какими их обычно изображают у той самой Смерти с косой, а также кажется, будто у покойника вырастают ногти.

7. Тебя может убить небрежный врач

И вовсе не скальпелем или чем-то подобным, а своим почерком. Согласно отчёту Института медицины Национальной академии наук, опубликованному в 2006 году, только за один год и только в США из-за небрежного почерка врачей, из которого сложно понять сокращение названий лекарств и правильную дозировку, умерло более семи тысяч человек, а пострадало — более полутора миллионов.

8. После смерти глазные яблоки становятся плоскими

Это можно сравнить с пожухлым виноградом, который, оставаясь на солнце, сжимается всё сильнее и сильнее. Для того чтобы труп, лежащий в открытом гробу, не пугал прощающихся впалыми веками, ритуальные агентства часто помещают под веки выпуклые накладки, воссоздающие форму глазных яблок.

9. Ты можешь умереть даже от воды

Самая простая очищенная вода может тебя убить, если ты превысишь дозировку, которая составляет 30–40 граммов на килограмм веса. В среднем принято считать, что человеку необходимо потреблять 2,5 литра воды в день — это с учётом той жидкости, которая содержится в пище. А если эту норму многократно превысить, то есть риск получить гипонатриемию — состояние, когда концентрация ионов натрия в плазме крови падает до критического уровня.

Это вызывает сердечную недостаточность, низкий уровень секреции гормонов, цирроз печени и нефроз. В 2007 году одна женщина выпила шесть литров воды за три часа в конкурсе, призом в котором была приставка Nintendo Wii. После превышения максимального порога её начало рвать, а через несколько часов она умерла.

10. При определённых обстоятельствах на теле появляется жировоск

Жировоск — это трупный воск или жир, напоминающий мыло, в которое иногда превращаются трупы, находящиеся во влажной среде или там, где недостаточно воздуха или его вообще нет, а также в текущей воде. Это происходит из-за анаэробного бактериального гидролиза. Труп при обрастании жировоском, в отличие от обычного разложения, сохраняет внешние формы тела и волосы.

11. После смерти тело опорожняется

В фильмах, даже когда показывают голых давно умерших людей, поверхность под ними совершенно чистая. Но на самом деле, когда мозг умирает, отключается и та его часть, которая регулирует непроизвольные функции, одними из которых является контроль мышц, удерживающих сфинктер закрытым. Поэтому через какое-то время после смерти сфинктер так ослабляется, что происходит выход из тела мочи и кала.

12. Умершие женщины ещё могут родить

Это называется посмертным выдавливанием плода, и оно происходит тогда, когда в брюшной области мёртвой беременной женщины накапливаются газы, которые выталкивают плод из организма через естественные пути.

13. Тело может ещё какое-то время дёргаться

Опять же, в фильмах это практически никогда не показывается, но у трупа в течение 12 часов могут возникать посмертные спазмы, которые могут проявляться в виде сокращения мышц, вызывая рефлекторные действия, съёживание кожи, подёргивание век и так далее. И это могут быть как малозаметные движения, так и достаточно мощные, как если бы живого человека ударили по локтю или под коленкой.

14. Трупы могут стонать

Нет, это не пункт про зомби, а вполне объяснимый физиологический эффект. В процессе трупного окоченения в сочетании со скоплением газа в полости рта те мышцы, которые контролируют голосовые связки, могут сдвигаться, из-за чего труп может издавать звуки, такие как стон или писк. Некоторые врачи и медсёстры отмечали даже звуки, похожие на дыхание.

15. Есть бессмертные существа

Пожалуй, самым жутким является тот факт, что каждый человек, независимо от благосостояния, вероисповедания и других вещей, умрёт, а вот медузы Turritopsis Dohrnii будут жить вечно, ведь, согласно научным исследованиям, они являются единственными бессмертными существами в мире. Одновременно обидно и страшно осознавать, что какая-то медуза может вечность наслаждаться этим миром, а разумные существа, отправившие человека в космос и обуздавшие энергию атома, — нет.

Источник

Вопросы о смерти и умирании

Памяти моего отца и Сеппли Баче

Когда меня спросили, не хочется ли мне написать книгу о смерти и умирающих, я восприняла идею с большим энтузиазмом. Но стоило мне присесть и поразмыслить над тем, во что я ввязалась, как все предстало в совершенно ином свете. С чего начать? Какие материалы включить в книгу? Что я смогу рассказать незнакомым людям, читателям, как мне поделиться с ними опытом общения с умирающими? Это общение происходит большей частью без слов — его нужно ощущать, переживать, видеть. Как передать это словами?

Я работала с умирающими больными последние два с половиной года. Моя книга расскажет о начале этого эксперимента, который в итоге стал для всех его участников важным и поучительным опытом. Это не учебник, посвященный уходу за умирающими, и не исчерпывающий справочник по их психологии, Моя книга—просто документальный отчет о новой и многообещающей возможности увидеть в больном человека, вовлечь его в беседу, узнать от него сильные и слабые стороны обращения с пациентами в наших больницах. Мы попросили больного стать нашим наставником, помочь нам больше узнать о завершающих стадиях жизни со всеми их тревогами, страхами и надеждами. Я просто пересказываю истории своих пациентов, которые делились с нами своими муками, ожиданиями и отчаянием. Я надеюсь, что эта книга поможет нам не отводить глаза от безнадежных больных, а сблизиться с ними, ведь все мы в состоянии оказать им огромную помощь в последние часы жизни. Те редкие люди, кому уже доводилось делать это, понимают, что подобные переживания приносят пользу обоим: они узнали много нового о деятельности разума и об уникальных гранях человеческого существования. Они обогатились этим жизненным опытом и, скорее всего, с меньшим беспокойством относятся к собственной бренности.

О СТРАХЕ СМЕРТИ

Я не молю Тебя дать мне убежище от бед; дай лишь бесстрашие, чтобы лицом к лицу их. встретить.

Я не прошу избавить меня от страданий; дай мужество, чтобы их превозмочь.

Я не ищу союзников в жестокой битве жизни; я собираю собственные силы.

Не дай мне изнывать от страха и тревоги, спасения безвольно ожидая; дай мне надежду и терпение — и я добьюсь свободы.

Не дай мне трусом жить и уповать лишь на Твою спасительную милость; но дай мне ощутить поддержку Твоей руки, когда я буду падать.

В прошлом эпидемии наносили огромный урон целым поколениям. Смерть в раннем детстве и младенчестве была обычным явлением. Редкая семья не теряла хотя бы одного ребенка. За последние десятилетия уровень медицины резко изменился. Всеобщая вакцинация практически уничтожила множество болезней — во всяком случае в США и Западной Европе. Применение химиотерапии и, в частности, антибиотиков внесло большой вклад в уменьшение смертности от инфекционных болезней. Улучшение образования и медицинской заботы о детях существенно снизили заболеваемость и смертность в раннем возрасте. Покорены многочисленные недуги, которые прежде уносили жизнь миллионов подростков и представителей среднего возраста. Число пожилых людей неуклонно растет, но одновременно возрастает и количество тех, кто страдает злокачественными опухолями и прочими хроническими заболеваниями, связанными, главным образом, с преклонным возрастом. Педиатрам все реже приходится сталкиваться со случаями острых, несущих угрозу жизни осложнений, но в то же время у них увеличивается число пациентов с психосоматическими нарушениями, проблемами поведения и адаптации. В приемных появляется все больше больных с эмоциональными расстройствами; постоянно растет и количество пожилых пациентов, которым приходится не только мириться с возрастными ограничениями и упадком физических возможностей, — они сталкиваются также с тревогами и муками одиночества и изоляции. Большинство этих больных не обращаются к психиатру, поэтому их нужды должны понять и удовлетворить другие специалисты, например социальные работники или священники. Именно им я попытаюсь объяснить, какие перемены произошли за последние десятилетия — перемены, вследствие которых усилился страх смерти, возросла частота эмоциональных расстройств, увеличилась потребность в сопереживании и помощи перед лицом умирания и смерти.

Оглядываясь в прошлое, изучая древние культуры и народы, мы обнаруживаем, что смерть всегда была для человека отвратительной — и, похоже, останется такой в будущем. С точки зрения психиатра это вполне понятно и, вероятно, лучше всего объясняется основополагающим представлением о том, что наше подсознание считает собственную смерть совершенно невозможной. Оно, подсознание, просто не в силах представить себе прекращение своего существования на земле. Если нашей жизни и суждено оборваться, то такая гибель неизменно приписывается какому-то злонамеренному вмешательству со стороны. Говоря проще, наше подсознание в лучшем случае способно допустить, что нас убьют, но смерть от естественных причин или от старости остается непостижимой. Таким образом, смерть ассоциируется у людей со злодеянием, пугающей неожиданностью, чем-то таким, что само по себе призывает к возмездию и наказанию.

Помните об этих фундаментальных фактах, поскольку они чрезвычайно существенны для понимания самых важных — ив противном случае остающихся неясными — подробностей общения с нашими пациентами.

Следующий факт, который мы должны усвоить, заключается в том, что на подсознательном уровне мы не способны отличить желание от поступка. Каждый помнит примеры тех нелогичных сновидений, где бок о бок сосуществуют два совершенно противоположных утверждения. В сновидении это не кажется чем-то особенным, но в состоянии бодрствования становится немыслимым и алогичным. Подсознание не в силах различить желание убить кого-то в приступе ярости и само действие, настоящее убийство. Ребенок тоже не способен провести такое различие. Рассерженный малыш, втайне желающий матери смерти за то, что она не исполнила его капризы, перенесет тяжелейшую травму, если мать действительно умрет — пусть даже это событие не совпадет по времени с разрушительным пожеланием. Он навсегда возложит ответственность за смерть матери на себя. Он будет постоянно твердить себе (а изредка и другим):

Похожее:  Общая теория права Том I 100 стр

«Это я сделал, я виноват. Я вел себя плохо, и мама ушла». Следует помнить, что ребенок реагирует точно так же, когда расстается с кем-то из родителей в результате развода или отчуждения. Смерть часто кажется ему состоянием временным, то есть ребенок почти не отличает ее от развода, даже если время от времени имеет возможность встречаться с «ушедшим» отцом или матерью.

Многие родители могут вспомнить примечательные высказывания своих детей, например: «Сегодня мы похороним нашу собачку, а весной, когда появятся цветы, она снова оживет». Возможно, такими же надеждами руководствовались древние египтяне, снабжавшие своих усопших едой и вещами, и индейцы, которые хоронили родственников со всеми пожитками.

Когда мы взрослеем и начинаем понимать, что не так уж всемогущи, что даже самого сильного желания не достаточно, чтобы сделать возможным невозможное, страх того, что мы каким-то образом причастны к смерти любимого человека, постепенно слабеет, а вместе с ним угасает и чувство вины. Однако этот страх продолжает тлеть и не проявляется лишь до тех пор, пока мы вновь не столкнемся с горькими переживаниями. Следы этого ужаса можно ежедневно видеть в больничных коридорах, на лицах тех, кто потерял своих близких.

Муж с женой могут скандалить годы напролет, но, когда один из супругов умирает, оставшийся в живых рвет на себе волосы, заламывает руки, стонет и рыдает от горя, страха и скорби. С этого мгновения он начинает еще сильнее бояться собственной смерти, так как верит в закон воздаяния: око за око, зуб за зуб. «Я виновен в ее гибели, и в наказание мне суждено умереть страшной смертью».

Источник

Переход от жизни к смерти

Смерть — это больше, чем последнее дыхание или исчезновение пульса. Умирание — это процесс, который не заканчивается в одну минуту. Врачи различают три этапа смерти: клиническую смерть, смерть мозга и биологическую смерть. Характеристики биологической смерти — трупные пятна или трупное окоченение, можно определить визуально, но надежность концепции смерти мозга подвергается дискуссиям.

Клиническая смерть

В случае клинической смерти прекращает функционировать система кровообращения: дыхание останавливается, пульс больше не ощущается, пропадает чувствительность. Дефицит кислорода вызывает смерть внутренних органов, при этом в первую очередь страдает мозг. Он получает необратимые повреждения уже через три-пять минут после остановки кровообращения. Если человеку удастся преодолеть это состояние через какое-то время, он останется совершенно здоровым, только если ему повезет.

Смерть мозга

Вслед за смертью мозга отключаются функции его обеих частей спинного и головного мозга, то есть человек не может ходить, слышать, говорить, осознанно двигаться. Зрачки не реагируют на свет, рефлексы отсутствуют. Он существует, но в изоляции от внешнего мира.

Многим родственникам трудно понять, что он почти мертв, так как он не выглядит мертвым: его грудь поднимается и опускается, а сердце бьется. Но поддержка жизнедеятельности происходит только с помощью мер интенсивной терапии.

Биологическая смерть

Вслед за клинической смертью и смертью мозга наступает биологическая смерть. Это означает, что дыхание и кровообращение полностью прекращаются. Начинается распад.

На этом последнем этапе на теле умершего появляются первые признаки смерти: через 20-30 минут проявляются трупные пятна. Синевато-красные пятна возникают, когда останавливается сердце и окончательно замирает ток крови. Кровь больше не перекачивается через тело, а собирается в местах, на которых лежит труп. Пятна обозначают места застоя крови.

Через несколько часов наступает трупное окоченение, которое длится около двух суток. Оно начинается с глаз, затем переходит на челюсти, шею и тело. Мышечные волокна распадаются очень быстро, поэтому окоченение заканчивается за 48 часов. Затем начинается массовый распад организма ферментами и бактериями. Именно по этой причине, в большинстве случаев организация похорон проходит в первые двое суток.

Спорная концепция смерти мозга

В 1968 году медиками была сделана первая операция по трансплантации внутренних органов. Перед врачами встал вопрос: когда можно извлекать все еще функционирующие органы, не думая об уголовном преступлении.

Еще одна проблема заключалась в улучшении мер поддержки жизни. Многие больные, находящиеся в так называемой необратимой коме, занимали больничные койки и потребляли достаточно дефицитные ресурсы.

Тогда были разработаны и опубликованы действующие и сегодня обоснованные предположения о смерти мозга: человек считается мертвым лишь в том случае, если его центральная нервная система, а значит и мозг, больше не проявляет никаких реакций. Это включает в себя несколько условий:

  • Мозг сильно поврежден.
  • Человек находится без сознания, не показывает рефлексов, наступила остановка дыхания.
  • Смерть мозга необратима.

Чтобы выяснить эти моменты, диагносты следуют определенному протоколу. Необратимость проверяется до трех дней после смерти, в зависимости от повреждения головного мозга. Кроме того, смерть мозга должна определяться двумя опытными врачами, проводящими диагностику независимо друг от друга. В 1997 году концепция смерти мозга была включена в Закон о трансплантации.

Физические реакции, несмотря на смерть мозга

Вскоре после этого концепция была вновь подвергнута критике, поскольку смерть мозга не всегда можно было определить точно, то есть могли быть допущены ошибки. В 2015 году было принято решение о том, что один из двух врачей, ставящих окончательный диагноз, должен быть неврологом или нейрохирургом.

Но вопрос о смерти мозга остается спорным, так как тело может проявлять физические реакции даже без функции мозга, например, регулирование температуры тела. Вопрос рассматривается на советах по этике, где обсуждаются различные аспекты и последствия для трансплантационной медицины.

Промежуточное состояние между жизнью и смертью

Многие специалисты решают дилемму, считая мертвыми людей на промежуточной стадии между жизнью и смертью. Только в этом состоянии они могут быть донорами органов для спасения больных: они больше не могут пострадать, потому что внутренние органы им не пригодятся. Это этически оправдывает трансплантацию.

Источник

Девять ответов на вопросы о смерти и загробном мире от профессора Московской духовной академии

Эзотерика

Человек смертен… И это залог того, что абсолютно каждый человек в своей жизни задумывается о своей будущей кончине и решает для себя, ждёт ли его что-нибудь там — за гробом.

Зачастую, от ответов на вопрос, которые человек определяет для себя верными в отношении будущей жизни, зависит и то, как он проживёт нынешний отмеренный ему Богом срок.

На девять вопросов православных христиан о феномене смерти и последующей загробной жизни очень хорошо ответил профессор Московской духовной академии Алексей Ильич Осипов, слова которого мы сегодня публикуем:

1. Что такое смерть?

О, если бы кто мог ответить на это! Помню еще с детства, у нас дома над дверью в комнату висела картина «Сего никто не избежит», на которой была изображена она, костлявая с косой. Это было и интересно, и страшновато. Но уже тогда этот незамысловатый сюжет закладывал в подсознание ребенка важнейшие для человека вопросы: что такое смерть, зачем я живу?

Как христианство отвечает на них? Оно говорит о двухсоставности человека. Важнейшей его частью, тонко материальной, как об этом пишут наши святители Игнатий (Брянчанинов) и Феофан Затворник (признавший это в конце жизни), является душа, имеющая три уровня. Высший уровень, присущий только человеку — дух (или ум), носитель самосознания, личности. Он бессмертен. Другие два уровня — чувствующий и растительно-питающий — общие с животным и растительным миром и часто вместе с телом именуемые плотью, или душевным телом, как писал апостол Павел: Есть тело душевное, есть тело и духовное (1 Кор 15:42—44). Это душевное тело, или плоть, умирает и разлагается вместе с телом биологическим. Смерть есть разрыв между духом и плотью, или проще — между душой и телом. И только вера в бессмертие дает полноценный ответ на вопрос: зачем я живу? Достоевский особенно подчеркивал значение для человека веры в бессмертие: «Только с верой в свое бессмертие человек постигает всю разумную цель свою на земле».

2. Что происходит с душой человека в первые сорок дней после смерти?

По смерти плоти душа человека переходит в мир вечности. Но категория вечности неопределима в понятиях времени, она относится к тем простым вещам, о которых еще древнегреческий философ Платон писал, что «простые вещи не поддаются определению». Поэтому на данный вопрос церковная традиция вынуждена отвечать на языке применительно к нашему сознанию, погруженному в поток времени. В церковном предании есть интересный ответ ангела прп. Макарию Александрийскому (IV в.) о происходящем с душой в эти дни: «… в продолжении двух дней позволяется душе, вместе с находящимися при ней ангелами, ходить по земле, где хочет. как птица, ища гнезда себе… В третий же день… вознестись всякой христианской душе на небеса для поклонения Богу всяческих.

После повелевается от Него показать душе… красоту рая. Все это рассматривает душа шесть дней… По рассмотрении… она опять возносится ангелами на поклонение Богу.

После вторичного поклонения Владыка всех повелевает отвести душу в ад и показать ей находящиеся там места мучений… По этим различным местам мук душа носится тридцать дней… В сороковой день опять она возносится на поклонение Богу; и тогда уже Судия определяет приличное ей по ее делам место».

В эти дни душа как бы сдает экзамены на добро и зло. И они, естественно, могут быть сданы различно.

3. Мытарства — что это такое, и почему они так называются?

Слово «мытня» означает место, где взималась пошлина, брались налоги, штрафы. На церковном языке словом «мытарство» выражается производимое с девятого по сороковой день по кончине человека своего рода следствие по делу его земной жизни.

Мытарств обычно называют двадцать. Они распределяются по страстям, в каждую из которых входит много соответствующих грехов.

В житии, например, преподобного Василия Нового блаженная Феодора рассказывает о них в следующем порядке:

1) празднословие и сквернословие,

3) осуждение и клевета,

4) объядение и пьянство,

7) сребролюбие и скупость,

8) лихоимство (взяточничество, лесть),

9) неправда и тщеславие,

14) разбойничество (избиения, ударения, драки…),

15) колдовство (магия, оккультизм, спиритизм, гадания…),

19) идолослужение и ересь,

20) немилосердие, жестокосердие.

Все эти мытарства описываются в житии в ярких образах и выражениях, которые нередко принимаются за саму действительность, порождая искаженные представления не только о мытарствах, но и о рае и аде, о духовной жизни и спасении, о Самом Боге. Потому схиигумен Иоанн Валаамский писал: «Хоть и приняла Православная наша Церковь повествование о мытарствах Феодоры, но это видение частное человеческое, а не Святое Писание. Больше углубляйся в святое Евангелие и Апостольские послания». А иеромонах Серафим (Роуз) объясняет: «Всем, кроме детей, ясно, что понятие «мытарства» нельзя брать в буквальном смысле; это метафора, которую восточные Отцы сочли подходящей для описания реальности, с которой душа сталкивается после смерти… Но сами рассказы — это не «аллегории» и не «басни», а правдивые рассказы о личном опыте, изложенные на наиболее удобном рассказчику языке… В православных рассказах о мытарствах нет ни язычества, ни оккультизма, ни «восточной астрологии», ни «чистилища».

О причине столь неадекватного описания того мира свт. Иоанн Златоуст замечает, что «говорится так для того, чтобы приблизить предмет к разумению людей более грубых».

В связи с этим митрополит Московский Макарий (XIX в.) предупреждает: «…надобно твердо помнить наставление, какое сделал ангел преподобному Макарию Александрийскому… о мытарствах: “земные вещи принимай здесь за самое слабое изображение небесных”. Надобно представлять мытарства не в смысле грубом, чувственном, а сколько для нас возможно в смысле духовном, и не привязываться к частностям, которые у разных писателей и в разных сказаниях самой Церкви, при единстве основной мысли о мытарствах, представляются различными».

Интересное объяснение происходящего на мытарствах предлагает святитель Феофан (Говоров): «…мытарства представляются чем-то страшным; а ведь очень возможно, что бесы, вместо страшного, представляют нечто прелестное. Обольстительно-прелестное, по всем видам страстей, представляют они проходящей душе одно за другим. Когда из сердца, в продолжении земной жизни, изгнаны страсти и насаждены противоположные им добродетели, тогда что ни представляй прелестного, душа, не имеющая никакого сочувствия к тому, минует то, отвращаясь от того с омерзением. А когда сердце не очищено, тогда к какой страсти наиболее питает оно сочувствие, на то душа и бросается там. Бесы и берут ее будто друзья, а потом уж знают, куда ее девать… душа сама бросается в ад».

Но мытарства не есть что-то неизбежное. Их миновал (по слову Христа: ныне же будешь со Мною в раю — Лк 23:43) Благоразумный разбойник, так же восходили на небо души святых. И любой христианин, живущий по совести и искренне кающийся, освобождается благодаря Жертве Христовой, от этого «экзамена». Ибо Сам Господь сказал: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня на суд не приходит (Ин 5:24).

Похожее:  150 ответов Вселенной задайте вопрос и получите ответ который расставит все на свои места

4. Зачем нужно молиться за умерших?

Апостол Павел написал удивительные слова: вы — тело Христово, а порознь — члены. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены (1 Кор 12:27, 26). Все верующие, оказывается, составляют один живой организм, а не мешок гороха, в котором горошины толкаются между собой, да еще больно ударяют друг друга. Христиане — клетки (живые, полуживые, полумертвые) в Теле Христовом. И все человечество — одно тело. Но как на всем организме и на любой его клеточке отзывается каждое изменение состояния отдельного органа или клетки, так и в человеческом обществе. Это универсальный закон нашего бытия, который открывает завесу и над тайной молитв за умерших.

Молитва по своему действию есть дверь для вхождения в душу благодати Христовой. Поэтому молитва, совершаемая с вниманием и благоговением (а не бессмысленным ее вычитыванием), очищая самого молящегося, оказывает исцеляющее действие и на усопшего. Но одна внешняя форма поминовения, даже богослужебная, без молитвы самого молящегося, без его жизни по заповедям, является не более, как самообманом, и оставляет усопшего без помощи. Святитель Феофан откровенно писал об этом: «Если никто [из близких] не воздохнет от души, то молебен протрещат, а молитвы о болящей не будет. То же и проскомидия, то же и обедня… Служáщим молебен и на ум не приходит поболеть пред Господом душою о тех, коих поминают на молебне… Да и где им на всех наболеться?!»

Молитва особенно действенна, когда она сопрягается с подвигом. Господь ученикам, не сумевшим изгнать беса, ответил: Сей же род изгоняется только молитвою и постом (Мф 17:21). Этим Он указал на духовный закон, по которому освобождение человека от рабства страстям и демонам требует не только молитвы, но и поста, то есть подвига и тела, и души. Святой Исаак Сирин писал об этом: «Всякая молитва, в которой не утруждалось тело и не скорбело сердце, вменяется за одно с недоношенным плодом чрева, потому что такая молитва не имеет в себе души». То есть действенность молитвы за усопшего прямо обусловлена степенью жертвенности и борьбы со своими грехами самого молящегося, степенью чистоты его клеточки. Такая молитва способна спасти любимого человека. Ради этого, чтобы изменить посмертное состояние человека, она и совершается Церковью с самого начала своего существования!

5. Что такое — Божий суд, можно ли на нем оправдаться?

Вы спрашиваете о Последнем суде, который часто называется Страшным?

Это последний акт в истории человечества, открывающий начало его вечной жизни. Он последует за всеобщим воскресением, в котором произойдет восстановление всей духовно-телесной природы человека, в том числе и полноты воли, а, следовательно, и возможности окончательного самоопределения человека — быть ему с Богом или навсегда уйти от Него. По этой причине Последний суд именуется Страшным.

Но Христос на этом суде не окажется греческой Фемидой — богиней правосудия с завязанными глазами. Напротив, перед каждым человеком во всей силе и очевидности откроется нравственное величие Его крестного подвига, Его неизменная любовь. Поэтому, имея печальный опыт земной жизни и ее «счастья» без Бога, опыт «экзаменов» на мытарствах, трудно предположить, чтобы всё это не тронуло, точнее, не потрясло сердец воскресших людей и не определило положительного выбора падшего человечества. В этом, по крайней мере, были убеждены многие Отцы Церкви: Афанасий Великий, Григорий Богослов, Григорий Нисский, Иоанн Златоуст, Епифаний Кипрский, Амфилохий Иконийский, Ефрем Сирин, Исаак Сирин и другие. Они писали о том же, что слышим в Великую Субботу: «Царствует ад, но не вечнует над родом человеческим». Эта мысль повторяется во множестве богослужебных тестов Православной Церкви.

Но, возможно, найдутся и такие, ожесточение которых станет сущностью их духа, и тьма ада — атмосферой их жизни. Бог не нарушит и их свободы. Ибо ад, по мысли преподобного Макария Египетского, находится «в глубине сердца человеческого». Потому двери ада могут быть заперты только изнутри самими его обитателями, а не запечатаны архангелом Михаилом семью печатями, чтобы оттуда никто не смог выйти.

Об этом я достаточно подробно пишу в своей книге «Из времени в вечность: посмертная жизнь души».

6. Что такое рай, в котором будут спасшиеся?

А что ответили бы вы на вопрос: что такое семимерное пространство? Пикассо, например, попытался нарисовать скрипку в четырехмерном пространстве и получилась абракадабра. Так и все попытки изображения рая (и ада) всегда будут такой же скрипкой Пикассо. О рае лишь одно подлинно известно: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор 2:9). Но это самая общая характеристика рая в передаче нашего трехмерного языка. А по существу все его описания являются лишь самыми слабыми изображениями вещей небесных.

Можно лишь добавить, что скучно там не будет. Как влюбленные могут бесконечно общаться друг с другом, так в неизмеримо большей степени спасенные в раю будут пребывать в вечной радости, наслаждении, счастье. Ибо Бог есть Любовь!

7. Что такое ад, в который попадают погибшие?

Слава Богу, я его пока не знаю и знать не хочу, ибо на библейском языке знание означает единение с познаваемым. Но слышал, что в аду очень плохо, и что он тоже находится «в глубине сердца человеческого», если в нем нет рая.

С адом связан серьезный вопрос: конечны или бесконечны адские мучения? Сложность его заключается не только в том, что тот мир закрыт от нас непроницаемой завесой, но и в невозможности выразить нашим языком понятие вечности. Знаем, конечно, что вечность это не бесконечная продолжительность времени. Но как это понять?

Проблема усложняется еще тем, что Священное Писание, святые Отцы, литургические тексты говорят как о вечности, так и конечности мучений нераскаянных грешников. При этом Церковь на своих соборах никогда не осудила ни одного из Отцов ни той, ни другой точки зрения. Тем самым она оставила этот вопрос открытым, указав на его тайну.

Поэтому прав был Бердяев, когда сказал, что проблема ада «есть предельная тайна, не поддающаяся рационализации».

Конечно, трудно не обратить внимание на мысль святого Исаака Сирина:

«Если человек говорит, что лишь для того, чтобы явлено было долготерпение Его, мирится Он с ними [грешниками] здесь, с тем, чтобы безжалостно мучить их там — такой человек думает невыразимо богохульно о Боге… Такой … клевещет на Него». Но он же и предупреждает: «Остережемся в душах наших, возлюбленные, и поймем, что хотя геенна и подлежит ограничению, весьма страшен вкус пребывания в ней, и за пределами нашего познания — степень страдания в ней».

Но одно бесспорно. Поскольку Бог есть любовь и премудрость, то очевидно, что для каждого человека вечность будет соответствовать его духовному состоянию, его свободному самоопределению, то есть будет для него наилучшей.

8. Может ли измениться посмертная участь человека?

Если бы там невозможно было изменение духовного состояния души, то Церковь не призывала бы с самого начала своего существования молиться за усопших.

9. Что такое — всеобщее воскресение?

Это воскресение всего человечества к вечной жизни. В последовании утрени Страстной Пятницы слышим: «избавль всех от уз смертных воскресением Твоим». Учение об этом является главнейшим в христианской религии, ибо только оно оправдывает смысл жизни человека и всей его деятельности. Апостол Павел даже так пишет: Если нет воскресения мертвых, то и Христос не воскрес, а если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша. И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков (1 Кор 15:13—14, 19). Он сообщает и о том, как оно произойдет: вдруг, во мгновение ока, при последней трубе; ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся (1 Кор 15:52).

А вот что пишет в своих знаменитых «Словах подвижнических» о силе воскресения святой Исаак Сирин: «Грешник не в состоянии и представить себе благодать воскресения своего. Где геенна, которая могла бы опечалить нас? Где мучение, многообразно нас устрашающее и побеждающее радость любви Его? И что такое геенна перед благодатью воскресения Его, когда восставит нас из ада, соделает, что тленное сие облечется в нетление, и падшего во ад восставит в славе?… Есть воздаяние грешникам, и вместо воздаяния праведного воздает Он им воскресением; и вместо тления тел, поправших закон Его, облекает их в совершенную славу нетления. Эта милость — воскресить нас после того, как мы согрешили, выше милости — привести нас в бытие, когда мы не существовали».

Новое видео:

Источник

Вопросы о жизни и смерти

Лучшая участь, кото­рой спо­до­бятся пра­вед­ники, для всех одна?

Апо­стол Павел гово­рит о том, что и звезда от звезды раз­нится в славе ( 1Кор. 15:41 ) и что в доме Отца Моего оби­те­лей много ( Ин. 14:2 ). Поэтому нужно пола­гать, что в раю урав­ни­ловки не будет, а будет такая пол­нота рас­кры­тия образа и подо­бия Божия в чело­веке, кото­рая не под­хо­дит ни под какие умов­ме­сти­мые нами раз­ряды и чины. Абсурдно даже пред­ста­вить себе, что в горнем Иеру­са­лиме все как один будут испол­нять команды высших ангель­ских сил: «Смирно!», «Повер­нись направо!», «Запой “алли­луиа”!», но пред­ста­вить себе, какова будет пол­нота рас­кры­тия лич­но­сти каж­дого чело­века и каков будет харак­тер обще­ния друг с другом в веч­но­сти, отсюда, из нашей земной жизни, вряд ли воз­можно. Поэтому судить и рядить об этом — едва ли имеет для нас смысл.

Пре­бы­ва­ние спа­сен­ных в Цар­ствии Небес­ном, в отли­чие от муче­ний греш­ни­ков в аду, пред­став­ля­ется с трудом. Но можно ли в каких-то словах опи­сать эту вечную, в кате­го­риях нашего зем­ного пони­ма­ния, ста­тич­ную радость о Гос­поде?

Я думаю, что здесь дальше обра­зов мы пойти не можем. Скорее, надо пом­нить, что веч­ность, в кото­рой чело­век будет пре­бы­вать с Богом, — это не просто бес­ко­нечно умно­жен­ное время, это не просто очень и очень долго, это не тысяча лет и не тысяча мил­ли­о­нов лет. Это иное каче­ствен­ное состо­я­ние. И каждый из нас, хотя бы несколько раз в жизни, к нему при­ка­сался.

Вспом­ните то состо­я­ние, кото­рое бывает на Пас­халь­ной заут­рене, когда обыч­ное тече­ние вре­мени пре­се­ка­ется, или ощу­ще­ние сча­стья и пол­ноты бытия, кото­рое испы­ты­вают многие из нас, пройдя, хоть и не без, паде­ний, Вели­кий пост и соеди­нив­шись со Спа­си­те­лем в таин­стве испо­веди и в таин­стве при­ча­стия, когда время тоже оста­нав­ли­ва­ется и когда мы можем повто­рить слова апо­стола Петра, кото­рый, увидев пре­об­ра­же­ние Иисуса Христа на горе Фавор, вос­клик­нул: Гос­поди! хорошо нам здесь быть ( Мф. 17:4 ). Дума­ется, что так же можно ска­зать и о пре­бы­ва­нии душ в Цар­ствии Небес­ном.

Изгна­ние из рая Адама и Евы озна­чает, что было, куда изго­нять. Сле­до­ва­тельно, уже тогда на земле суще­ство­вала какая-то жизнь помимо рай­ской? И что в таком случае надо пони­мать под име­но­ва­нием Адамом живот­ного мира еще до гре­хо­па­де­ния?

ГОВОРЯ об исто­рии сотво­ре­ния мира, данной нам в первых главах Бытия, мы должны отка­заться от про­стран­ственно-вре­мен­ных схем, при­выч­ных для нашего пони­ма­ния. И конечно же, от такой наив­но­сти, кото­рая была харак­тер­ной для сред­не­ве­ко­вой топо­гра­фии, когда место рая пред­по­ла­га­лось где-то в меж­ду­ре­чье Тигра и Евфрата. Нам бы не нужно всем этим зани­маться, так же как и выяс­не­нием, откуда, из какого реги­она зем­ного шара, пошел чело­ве­че­ский род. Эта тайна зна­чи­тельно воз­вы­шен­нее и уда­лен­нее от био­ло­ги­че­ских, гео­ло­ги­че­ских и гео­гра­фи­че­ских реалий, чем нам это почему-то иной раз пред­став­ля­ется. И как сле­дует из слов апо­стола Павла, изгна­ние Адама из рая — это прежде всего кос­ми­че­ский ката­клизм, это изме­не­ние всей твар­ной все­лен­ной, потому что гре­хо­па­де­ние иска­зило весь мир, а не только жизнь двух людей. Стра­да­ние и смерть стали свой­ством всего. Повре­жден­ность грехом кос­ну­лась многих сторон бытия. И Цер­ковь именно так всегда пони­мала изгна­ние Адама и Евы из рая. Так же, как и их оде­я­ние в одежды кожа­ные ( Быт. 3:21 ) — это не только при­кры­тие соб­ствен­ной наготы, но изме­не­ние самого чело­ве­че­ского есте­ства, его оде­бе­ли­ва­ние и утя­же­ле­ние, резуль­тат кото­рого — нынеш­нее состо­я­ние чело­века. Так же, как и спо­соб­ность Адама про­ни­кать в суть вещей и нари­цать име­нами, адек­ватно выра­жа­ю­щими их сущ­но­сти, кото­рая с тех пор в зна­чи­тель­ной мере поки­нула чело­ве­че­ский мир.

В Еван­ге­лии гово­рится, что люди в раю будут, как Ангелы. Это озна­чает, что с теми, кто спа­сется, про­изой­дет пре­об­ра­же­ние чело­ве­че­ской при­роды?

ВЫ не вполне точно цити­ру­ете. Гос­подь не гово­рит, что люди будут ангель­ской при­роды. На вопрос сад­ду­кеев о вос­кре­се­нии, в кото­рое они не верили, Он отве­чает, что пра­вед­ники после смерти не будут ни жениться, ни замуж выхо­дить, но будут, как Ангелы на небе­сах ( Мк. 12:25 ). Это не озна­чает, что чело­век отре­шится от соб­ствен­ной плоти. Напро­тив, хри­сти­ан­ская вера учит, что на Страш­ном суде в чело­веке вновь соеди­нятся его телес­ный состав и его бес­смерт­ная душа. И тело чело­века будет таким, каким оно было до гре­хо­па­де­ния Адама, то есть не под­вер­жен­ным страст­ным навы­кам и не свя­зан­ным ника­кими живот­ными инстинк­тами и физио­ло­ги­че­ским воз­об­ла­да­нием. В Цар­ствии Небес­ном в чело­веке вос­ста­но­вится иерар­хи­че­ское устро­е­ние: душа станет глав­ной, а тело есте­ствен­ным сора­бот­ни­ком, не бун­ту­ю­щим против нее. Люди соеди­нятся с Богом и друг с другом в Боге и не лишатся соб­ствен­ной лич­но­сти и воз­мож­но­сти пре­бы­вать с теми, с кем добро прошли свой земной жиз­нен­ный путь. При этом между ними не будет того спе­ци­фи­че­ского тяго­те­ния, кото­рое про­ти­во­по­ста­вит их всей сово­куп­но­сти иных тво­ре­ний, как то часто бывает на земле. Один из святых отцов Церкви гово­рит, что при­страст­ная любовь к одному непре­менно озна­чает оску­де­ние любви к дру­гому. Так бывает на земле, но не так будет там, где Бог будет вся­че­ское во всех ( 1Кор. 15:28 ).

Похожее:  Интервью с Игорем Дуардовичем директором журнала Вопросы литературы

Почему для хри­сти­ан­ства непри­ем­лема идея реин­кар­на­ции, или пере­во­пло­ще­ния?

Учение о пере­во­пло­ще­нии, кру­го­во­роте времен известно давно. В разных формах и вари­а­циях оно суще­ство­вало и в Египте, и в Китае, и в антич­ном язы­че­стве, и отча­сти в антич­ной фило­со­фии, к при­меру у пифа­го­рей­цев, но осо­бенно оно было раз­вито в восточ­ном язы­че­стве и инду­изме. Отсюда оно было заим­ство­вано буд­диз­мом и целым рядом других восточ­ных рели­ги­оз­ных тече­ний, откуда пере­ко­че­вало в тео­соф­ские и антро­по­соф­ские кон­цеп­ции ХIХ и ХХ веков. И всегда, начи­ная с учения гно­сти­ков вто­рого сто­ле­тия и вплоть до псев­до­ре­ли­ги­оз­ных направ­ле­ний Елены Бла­ват­ской и Елены Рерих, Цер­ковь по отно­ше­нию к ним имела ясно выра­жен­ную пози­цию, кото­рая заклю­ча­лась в прин­ци­пи­аль­ной несов­ме­сти­мо­сти идеи реин­кар­на­ции и хри­сти­ан­ского миро­воз­зре­ния. Если восточ­ные рели­гии, да и антич­ность, смот­рели на тело чело­века как на нечто вто­ро­сте­пен­ное, как на тем­ницу для души, откуда она жаждет осво­бо­диться и вырваться, то хри­сти­ан­ство смот­рит на чело­века как на образ и подо­бие Божие в его все­це­лом духовно-телес­ном един­стве. Лич­ность чело­века не рас­па­да­ется на высшее начало — душу и низшее — тело, кото­рое якобы само по себе не имеет ника­кой цен­но­сти. Для Бога важен все­це­лый чело­век. Не только его неви­ди­мая душа, но и телес­ный состав, столь же уни­каль­ный и непо­вто­ри­мый, столь же несу­щий в себе черты образа и подо­бия Божия, сколь уни­кальна и непо­вто­рима она сама.

И ведь Спа­си­тель вопло­тился не в умо­зри­тель­ной, не в вооб­ра­жа­е­мой, не в фан­та­зий­ной, но в реаль­ной чело­ве­че­ской телес­ной плоти. И эта плоть Христа была настолько тож­де­ственна нашей, что уже по Его вос­кре­се­нии апо­столы могли ощу­щать и ося­зать ее под­лин­ность, а апо­стол Фома только тогда и уве­рился, когда увидел раны и язвы на руках, ногах и под ребром Гос­пода. Поэтому для хри­сти­а­нина тело не есть некая клетка, в кото­рой заклю­чена душа, не есть некая стадия нис­па­де­ния духов­ного и душев­ного в физи­че­скую реаль­ность, где гос­под­ствует мате­ри­аль­ное начало, а есть пол­но­цен­ная часть мира, сотво­рен­ного Богом, кото­рый все­цело «добр зело», но кото­рый вновь под­ле­жит пре­об­ра­же­нию и освя­ще­нию. Испол­не­ние этого мы ждем во втором при­ше­ствии Христа, когда все изме­нится, но при этом не уни­что­жится, а пре­об­ра­зится, так что не будет не только смерти, греха, зла, но все, сотво­рен­ное Богом, оста­нется и пре­бу­дет в веч­но­сти, в своей изна­чаль­ной бла­го­сти. Поэтому при­зна­ние цен­но­сти и важ­но­сти всего твар­ного лежит в основе хри­сти­ан­ского учения.

Мы знаем, что в послед­ний день чело­век вос­крес­нет не только душой, но и телом. При этом те, кто спо­до­бятся лучшей участи, вос­крес­нут в про­слав­лен­ном, пре­об­ра­жен­ном теле, неко­то­рые черты кото­рого явил Хри­стос Спа­си­тель по Своем вос­кре­се­нии уче­ни­кам, когда, к при­меру, Он являлся им дверем затво­рен­ным, то есть не ощущая физи­че­ской пре­грады стен, или когда мог идти с ними по дороге, и они неко­то­рое время не узна­вали Его. А само вопло­ще­ние Христа Спа­си­теля, Его рож­де­ние от кон­крет­ной Жены — Бого­ро­дицы Девы Марии, вос­при­я­тие Им чело­ве­че­ской при­роды — и не сим­во­лично, не на время, но так, что Он в про­слав­лен­ном Своем теле пре­бы­вает одес­ную Бога Отца, — явля­ется для всех нас непре­лож­ным аргу­мен­том непри­ем­ле­мо­сти идеи мно­же­ствен­но­сти пере­во­пло­ще­ний.

Когда мы гово­рим про бес­смер­тие души, то всегда имеем в виду ее посмерт­ную жизнь, а что про­ис­хо­дит до рож­де­ния чело­века, до его телес­ного зача­тия? Как рож­да­ется душа?

ЗДЕСЬ можно обо­зна­чить два направ­ле­ния воз­зре­ний, непри­ем­ле­мых Цер­ков­ным Пре­да­нием. Первое, без­условно отвер­га­е­мое Цер­ко­вью, — это учение о пере­во­пло­ще­нии, то есть о такого рода суще­ство­ва­нии души, когда она цик­ли­че­ски посы­ла­ется в мате­ри­аль­ный мир, соеди­ня­ясь с некоей мате­ри­аль­ной обо­лоч­кой, име­ю­щей лишь инстру­мен­таль­ный, вто­ро­сте­пен­ный харак­тер, никак не свя­зан­ный с сущ­но­стью самой лич­но­сти чело­века или какого-то дру­гого духов­ного суще­ства. И, повторю, это учение несов­ме­стимо с хри­сти­ан­ским поня­тием о бого­во­пло­ще­нии, о таком при­ше­ствии Боже­ства в мир, когда Спа­си­тель не фан­та­зийно, не умо­зри­тельно, а реально, нес­литно и нераз­дельно вос­при­нял чело­ве­че­скую при­роду в Свою Боже­ствен­ную ипо­стась. И эта чело­ве­че­ская при­рода, чело­ве­че­ская плоть Гос­пода была необ­хо­дима в том деле домо­стро­и­тель­ства и спа­се­ния, в том еди­не­нии Бога с падшим чело­ве­че­ским родом, без кото­рого ничто немыс­лимо в нашей хри­сти­ан­ской вере.

Второе направ­ле­ние воз­зре­ний, кото­рое только по види­мо­сти несколько ближе хри­сти­ан­ству, — это учение, вос­хо­дя­щее к Пла­тону, о пред­су­ще­ство­ва­нии души, то есть о такого рода ее ино­бы­тии, кото­рое лишь на опре­де­лен­ном этапе соче­та­ется с посла­нием души в види­мый мате­ри­аль­ный мир, с соеди­не­нием ее с чело­ве­че­ским есте­ством. Иными сло­вами, это учение о том, что суще­ствует некий иде­аль­ный мир духов­ных сущ­но­стей, из кото­рого при рож­де­нии чело­века берется та или иная и соеди­ня­ется с той плотью, кото­рую ему дают роди­тели. Цер­ковь же, напро­тив, учит, что бес­смерт­ная душа неот­де­лима от момента зача­тия ребенка, и поэтому пол­нота чело­ве­че­ской лич­но­сти, образ и подо­бие, при­сут­ствуют в мла­денце с самого начала. Ведь даже суще­ствуют такие цер­ков­ные празд­ники, как Зача­тие Бого­ро­дицы Девы Марии свя­тыми пра­вед­ными Иоаки­мом и Анной или Зача­тие Кре­сти­теля Иоанна Пред­течи свя­тыми пра­вед­ными Заха­рием и Ели­са­ве­той. Одно это гово­рит о прин­ци­пи­аль­ном воз­зре­нии Церкви на момент зача­тия как на момент появ­ле­ния образа Божия в данной лич­но­сти в един­стве ее душев­ного и телес­ного начала.

Но Гос­подь создает свое тво­ре­ние не без роди­те­лей, роль кото­рых в рож­де­нии тоже очень велика. Каждый из нас это хорошо знает, потому что несет в себе наслед­ствен­ные, гене­ти­че­ские при­знаки своих пред­ков как телес­ные, так и пси­хи­че­ские. Конечно, раз­го­вор идет не о какой-то абсо­лют­ной от них зави­си­мо­сти и детер­ми­ни­ро­ван­но­сти, а о пред­рас­по­ло­жен­но­сти ко всему тому сово­купно доб­рому, что могло нако­питься в поко­ле­ниях свято живших до тебя людей, или к тяго­те­ю­щей над родом гре­хов­но­сти, кото­рая в свою оче­редь не обя­зы­вает ста­но­виться греш­ни­ком, но лежит на тебе, как некое испы­та­ние, кото­рое пред­стоит пре­одо­леть.

Почему Лазарь после своего вос­кре­ше­ния нико­гда не сме­ялся и даже не улы­бался?

Лазарь чет­ве­ро­днев­ный, епи­скоп Китий­ский, про­жив­ший на Кипре более двух десят­ков лет после своего вос­кре­ше­ния Спа­си­те­лем, дей­стви­тельно, как гово­рит Цер­ков­ное Пре­да­ние, всегда был спо­коен и ровен. Ни скорбь, ни уныние, ни отча­я­ние, ни весе­лость, пре­бы­ва­ю­щие в этом мире, его больше уже не каса­лись в той мере, в какой они каса­ются других людей. Понятно, что прежде всего за этим стоит тайна Божия, но мы можем помыс­лить, что это свя­зано с тем зна­нием, кото­рое Лазарь при­об­рел, при­кос­нув­шись к миру неви­ди­мого за пре­де­лами нашего зем­ного бытия. Узнать, что такое ужас нис­ше­ствия души в состо­я­ние отде­лен­но­сти от Бога, ибо, как мы знаем, до вос­кре­се­ния Хри­стова и до соше­ствия Его в ад души всех, даже вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков и пра­вед­ни­ков, после смерти пре­бы­вали в пре­ис­под­ней, то есть узнать всю бездну муче­ния и вер­нуться в этот мир, — разве может после этого пока­заться в нем даже самое смеш­ное и тро­га­тель­ное или, напро­тив, самое груст­ное и без­ра­дост­ное таким, чтобы избыть то памя­то­ва­ние, кото­рое Лаза­рем, почти един­ствен­ным чело­ве­ком на земле, было при­об­ре­тено.

В запад­ном хри­сти­ан­стве суще­ствует поня­тие чисти­лища, кото­рого нет в восточ­ном Хри­сти­ан­стве, но в неко­то­рых пра­во­слав­ных книгах послед­них лет, посвя­щен­ных загроб­ной жизни, есть такое поня­тие как «нераз­ре­шен­ное состо­я­ние души». Оно трак­ту­ется при­мерно так же?

В ПРА­ВО­СЛАВ­НОМ цер­ков­ном пре­да­нии такого поня­тия нет. Думаю, что так назы­ва­е­мое «нераз­ре­шен­ное состо­я­ние души», скорее, чье-то част­ное мнение, не нахо­дя­щее в общем бого­сло­вии без­услов­ного при­я­тия.

Пра­во­сла­вие и Като­ли­че­ство по-раз­ному пони­мают загроб­ное состо­я­ние души чело­века. Это свя­зано с более широ­ким раз­ли­чием, каса­ю­щимся учения о спа­се­нии. Пра­во­слав­ная Цер­ковь счи­тает, что душа усоп­шего, в меру испол­не­ния слов Иисуса Христа в чем застану, в том и сужу, спо­доб­ля­ется при­нять одно из двух состо­я­ний: либо бла­жен­ства, либо осуж­де­ния, хотя до Страш­ного суда ни то ни другое состо­я­ние не окон­ча­тель­ное. При этом суд Божий — это не фор­маль­ное взве­ши­ва­ние суммы доб­ро­де­ла­ния или гре­хов­ных поступ­ков чело­века, а выяв­ле­ние в нем его внут­рен­него само­опре­де­ле­ния, его под­лин­ного итога жизни, с кото­рым он пришел к ее рубежу.

Като­ли­че­ская же тра­ди­ция учения о спа­се­нии исхо­дит из дру­гого. В като­ли­че­ском миро­по­ни­ма­нии спа­се­ние чело­века воз­можно бла­го­даря удо­вле­тво­ре­нию, при­не­сен­ному правде Божией. Конечно, като­лики, как и все хри­сти­ане, верят, что без жертвы Христа такого пол­ного удо­вле­тво­ре­ния сам чело­век при­не­сти не может. Но они счи­тают, что для спа­се­ния чело­веку необ­хо­димо за меру совер­шен­ных им грехов при­не­сти на суд Божий меру совер­шен­ного доб­ро­де­ла­ния. Соот­вет­ственно, полу­ча­ется три типа воз­мож­ных жиз­нен­ных итогов: тем, у кого сово­куп­ность их доб­ро­де­ла­ния или стра­да­ний, поне­сен­ных за Христа, пре­вы­шает сово­куп­ность гре­хов­ных поступ­ков и навы­ков, уго­то­вано бла­жен­ство; тем, кто не рас­ка­ялся в тяже­лых, смерт­ных грехах, кто не про­бу­дился к жизни в вере, пред­на­зна­чено место веч­ного осуж­де­ния; а тем, кто и желал бы не нару­шать запо­веди, но так или иначе посто­янно грешил и не осо­бенно радел о том, чтобы совер­шен­ное покрыть подви­гом рас­ка­я­ния, опре­де­лено после смерти попасть в чисти­лище, где пред­стоит за грехи очи­ститься нака­за­нием, кото­рое на земле поне­сти было не дано. Вот такого, можно ска­зать юри­ди­че­ского, под­хода к делу спа­се­ния чело­века в пра­во­слав­ной тра­ди­ции нет.

В Пра­во­сла­вии спа­се­ние пони­ма­ется онто­ло­ги­че­ски, сущ­ностно, по внут­рен­нему само­опре­де­ле­нию чело­века на пороге смерти. Кроме того, в нашей Церкви есть поня­тие мытарств. Если пере­ве­сти это слово на совре­мен­ный язык, то оно озна­чает «тамо­жен­ная застава», «тамо­жен­ный пост». Когда душа раз­лу­ча­ется с телом, она про­хо­дит такие мытар­ства такие заставы, где ей предъ­яв­ля­ются самые харак­терны и самые общие для всех нас гре­хов­ные стра­сти. При этом чело­веку дается уви­деть, как он, теперь уже окон­ча­тельно, опре­де­лился по отно­ше­нию к ним. Попрал ли он в своей жизни, к при­меру, страсть к стя­жа­нию, не дал ей рас­цве­сти колю­чим как­ту­сом, или она запо­ло­нила в нем душу (когда души-то уже и не видно, как у Плюш­кина), сде­лала врагом всех — не при­сту­пись к нему никто? Ока­зался ли он побеж­ден среб­ро­лю­бием, чре­во­уго­дием, гор­до­стью, тще­сла­вием, срам­ными плот­скими похо­тями? Что в чело­веке воз­об­ла­дало? И он, то есть душа его, в первый раз видит это так, как есть на самом деле, а не так, как до того пред­став­ля­лось. Пред­по­ло­жим, кто-то, кто счи­тался душой обще­ства, к кому все стре­ми­лись, с кем было легко и кто сам был открыт нуждам и забо­там других, вдруг пони­мает, что за всем этим стояло упи­ва­ние тем вни­ма­нием и почи­та­нием, кото­рое ему ока­зы­ва­лось, тще­слав­ное доволь­ство оттого, что он был в центре жизни столь­ких людей, ради чего дей­стви­тельно шел на иные траты и даже на неко­то­рое само­стес­не­ние. И то, что тогда было под­лин­ным побуж­де­нием, теперь обна­жится и станет явью. И уже после такого про­хож­де­ния мытарств душа будет пре­бы­вать или в состо­я­нии бла­жен­ства или в состо­я­нии осуж­де­ния.

Послед­нее не окон­ча­тельно, ибо мы верим, что молит­вами других членов Церкви, орга­ни­че­ски свя­зан­ных между собой как некое целое, духов­ный изъян одного может быть вос­пол­нен любо­вью других, как и вообще бла­го­дать Божия «немощ­ное вра­чует, оску­де­ва­ю­щее вос­по­ляет» (из молитвы при хиро­то­нии свя­щен­ника). Но, без­условно, это только в том случае, если в оску­де­нии есть хоть какой-то росток, жаж­ду­щий вос­пол­не­ния пустоты, а в немощи есть хоть какой-то порыв эту немощь пре­одо­леть. Однако это никоим обра­зом не согла­су­ется с като­ли­че­ским поня­тием чисти­лища как опре­де­лен­ного рода пред­ва­ри­тель­ного испы­та­ния или нака­за­ния, кото­рое должны пере­не­сти души перед своим пре­бы­ва­нием в раю.

книга «400 вопро­сов и отве­тов о вере, церкви и хри­сти­ан­ской жизни». Изда­ние сре­тен­ского мона­стыря, 2004 г.

Источник

Adblock
detector